"Қазақ қазақпен  қазақша сөйлессін". Н.Ә.Назарбаев

 

«Распятый мальчик» и редакционная политика Internews в Казахстане

Автор 

Поскольку редакция Internews in Kazakhstan продолжает игнорировать мои претензии к опубликованному материалу, видимо, считая их необоснованными, выскажу ряд наблюдений, которые касаются формы подачи информации в нем. Вернее, дезинформации. (Речь идет о статье Газинура Гиздатова  «YouTube-проект Insight Вадима Дергачёва: поиск истины» https://newreporter.org/2022/07/29/youtube-proekt-insight-vadima-dergachyova-poisk-istiny/. Одна из частей статьи «Не всегда озарения и догадки» посвящена выпуску с моими участием («Травма казахского языка» https://www.youtube.com/watch?v=NFTqd05nxaU).)

Я называю эти 13 предложений пасквилем, поскольку их главной целью видится дискредитация неугодных автору лиц по политическим или иным мотивам. Причиной его появления мог быть также заказ автору со стороны людей, имеющих подобную цель.

Разберем текст с точки зрения медиаграмотности, которая обладает рядом инструментов для анализа таких случаев. Среди них – обнаружение в тексте следующих видов манипуляций: голословные заявления, не подтверждаемые фактами (иначе – полное отсутствие аргументов); намеренное сокрытие информации, которая может противоречить высказываниям автора; использование полуправды для создания впечатления правдоподобности; целенаправленное обесценивание личных и профессиональных качеств преследуемых лиц, а также ряд других «классических» способов продвижения дезинформации.

Так, ни одно из своих оскорбительных заявлений автор не подтверждает фактами. Автор не называет ни одной из тем, которые обсуждались в интервью. Он намеренно не упоминает того, что по количеству просмотров и комментариев программа «Травма казахского языка» имела гораздо большее число просмотров, чем другие выпуски.

Дважды автор прибегает к известному манипулятивному способу отвлечения внимания от центральных тем интервью.

В первом случае это достигается путем акцентирования «проходной» проблемы, которая была упомянута в интервью. Называю ее «проходной» именно для данного интервью, потому что она требует к себе отдельного внимания, специального отдельного исследования. В нашем с Вадимом разговоре она была лишь упомянута. Речь шла о размере заработных плат сотрудников академических институтов (входящих в состав Академии наук Казахстана).

Суть манипуляции автора пасквиля состоит в том, что, озвучивая, наконец-то, единственную из прозвучавших подтем, он, с одной стороны, старается свести к ней все содержание интервью, словно никакие другие вопросы нами не поднимались. С другой, автор наивно полагает, что уж тут-то он может «блеснуть» применением фактчекинга. Увы, он глубоко ошибается. Те самые немалые суммы, которые тратятся на развитие государственного языка Казахстана и о которых он с немалым энтузиазмом и известным злорадством сообщает, не имеют отношения к финансированию научных грантовых проектов институтов Академии наук.

Второй манипулятивный способ отвлечения внимания от центральных тем интервью ( они так и не были названы в тексте автора: казахский голодомор, специальная военная операция, травма голодомора, имперская травма, казахский язык и демократия и т.д. ) состоит в вбросе проблемы, которая не имеет прямого отношения к обсуждаемой ситуации. Это –идеальная провокационная тактика, поскольку в дальнейшем она в состоянии увести потенциальные обсуждения данного текста в далекие дали. Речь идет о заявлении автора о том, что на вопросы Вадима Дергачева должен был отвечать не «эксперт по рекламе на казахском языке», а «специалист – социолингвист». В данном заявлении, на мой взгляд, нет ничего, кроме открытой сегрегации экспертов, которые работают в поле казахского языка. Другой логики тут не уловить.

К слову, это и закономерно, поскольку абсурд является важным элементом пасквиля. Разве не абсурдно то, что автор противопоставляет специальность сфере ее применения? Разве «специалист-социолингвист» не может выступать в роли «эксперта по рекламе на казахском языке»? …

Однако на этой фразе следует остановиться. Продолжать размышлять над умышленным вбросом автора значит уйти по ложному следу от существа дискуссии.

А ее существо сводится к тому, чтобы продолжить демонстрацию способов продвижения автором дезинформации.

Стоит упомянуть, к примеру, такой прием, как навешивание запоминающихся ярлыков. Автор и словом не обмолвился о содержании интервью, но при этом описал его в достаточно ярких фразах: «пахнущие нафталином решения», «малорезультативная беседа», «мы наблюдаем создание мифа» и т.д.

Я уже писала ранее, что практически в каждом из этих 13 примитивных предложений подтекстом (и даже открытым текстом в ряде из них) автор последовательно и постоянно навязывает читателю мысль о непрофессионализме гостя, приглашенного на интервью («интересен не гость, а сам ведущий»).

Наконец, заключительное предложение пасквиля: «Проблемы журналист, конечно, поднимал, но остаются вопросы к интервьюируемому, который не может на них, несмотря на искреннее желание, ответить», - является самой наглой ложью из презентованных автором. К счастью, не составляет никакого труда разоблачить ее, просмотрев интервью.

Поскольку в условиях современной геополитической ситуации вопрос об умении отличать объективную информацию от фейков является особо актуальным, вызывает озабоченность то, что анализируемый текст Internews (который я воспринимаю как пасквиль) обнаруживает методологическую близость образцам пропагандистской прессы.

 

Впервые опубликовано 13.08.2022 в социальной сети

19.08.2022

 

Городская среда

Новые публикации на сайте

Сайт Зиры Наурзбаевой Отукен

Институт языкознания

Статистика посещений

1487682
Сегодня
Вся статистика
860
1487682

Счетчик joomla
| Joomla